– Что это?

– Бейрут, господин полковник. Ядерный взрыв в воздухе чуть севернее Бейрута.

– Смотри! – подполковник Овечкин, который смену уже сдал, но все еще оставался в центре управления ткнул в угол экрана – тебе не кажется это странным? Датчики радиоактивности не срабатывают – радиации нет! Радиационный фон в пределах нормы!

– Интересно… – скептически сказал Слипчук – а это что такое? Что за облако? Топливно-воздушная смесь, что ли взорвалась в таком количестве. А электромагнитный импульс? А ракеты – они что, метеорологические? Короче – оставайтесь здесь, я пошел наверх, объявлять "Набат" и докладываться. Установите координаты старта ракет, подключайте всех. Коля, выведи мне данные со своего терминала на мой, в кабинете.

– Есть!

Преодолевая крутые ступеньки, спотыкаясь и ругая себя за проявление нервов, полковник Слипчук добрался до своего кабинета, плюхнулся в кресло, включил монитор. Несколько секунд смотрел на картинку, пытаясь ее осознать, запечатлеть в мозгу. И правда – или датчики на спутнике полетели, или и в самом деле нет радиоактивности. Но как такое может быть?

Впрочем, от обязанностей начальника смены его никто на освобождал – теперь он должен доложить в Санкт Петербург, в штаб. И пусть решают.

Включив терминал, машинально пригладив волосы – только недавно здесь вместо обычного терминала поставили видеоконференцсвязь – полковник Слипчук стал громко и отчетливо говорить, докладывая о сложившейся ситуации.

– Внимание! Произошел ядерный взрыв. Время взрыва – восемнадцать часов сорок три минуты по петербургскому времени. Координаты эпицентра: тридцать три – пятьдесят три – четырнадцать северной широты – тридцать пять – тридцать – сорок семь восточной долготы по сетке координат. Тип взрыва – атмосферный, высотный.